Без названия

Гравюра выполнена в технике нишики-э, или картина из парчи, с использованием многодосковой цветной печати, которую Харунобу внедрил в 1765 году. Палитра ограничена тёплыми коричневыми, золотыми и чёрными тонами с вкраплениями белого; нанесение осуществляется с помощью точных контуров тушью и плоских, равномерных цветовых заливок без видимых мазков кисти или теней. Такое гладкое, непрозрачное нанесение цвета было достигнуто за счёт более толстого слоя пигмента и использования вишнёвого дерева для досок вместо катапны, инноваций, разработанных Харунобу для своих состоятельных покровителей. Композиция движется по диагонали от верхнего левого угла к нижнему правому, создавая динамичное движение на неукрашенном бежевом фоне. Стройный стан фигуры, изящно проработанные черты лица, струящиеся складки одежды и декоративный узор на одеяниях характерны для личного стиля Харунобу, который Ричард Лейн описал как изображение вечного девичества в необычных и поэтических обстановках. Отсутствие теней и акцент на линейной точности и декоративной плоскостности отражают как технические ограничения, так и эстетические приоритеты раннего производства нишики-э.

Гравюра датирована 1766 годом, что относит её к непосредственному периоду после прорыва Харунобу в области полноцветной печати. Это было время исключительной продуктивности художника: между 1765 и 1770 годами он создал более двадцати иллюстрированных книг и более тысячи цветных гравюр. Произведение ныне находится в коллекции Метрополитен-музея, куда оно было включено в собрание японских гравюр. Его провенанс до приобретения музеем не зафиксирован в доступных источниках. Создание гравюры совпало с периодом наивысшей активности Харунобу в работе с покровителями из числа самураев-литераторов, чьё богатство позволяло использовать дорогостоящие методы производства и роскошные материалы, отличающие его нишики-э от более ранних, скромно выполненных гравюр.

Сузуки Харунобу (ок. 1725-1770) был ключевой фигурой в традиции укиё-э, которому приписывают создание первых полноцветных гравюр в 1765 году, что сделало устаревшими более ранние методы двух- и трёхцветной печати. Хотя он родился в семье самураев, имевшей связи с Токугавой Иэясу, его дед и отец были лишены статуса хатамото и изгнаны из Эдо в Киото, где, вероятно, и вырос Харунобу. Он учился у Нисикавы Сукэнобу и, возможно, у Нисимуры Сигэнаги; его ранние работы следовали стилю школы Тории, пока его нововведения в области цвета не трансформировали медиум. 1766 год, когда была создана эта гравюра, застал Харунобу в центре процветающего художественного круга в Эдо, тесно связанного с учёным Хирагой Гэннаем и различными самурайскими покровителями, заказывавшими эгоями (календарные гравюры), которые стали площадкой для экспериментов с нишики-э. К этому произведению применимо жанровое обозначение бидзин-га (картины прекрасных женщин), хотя его фантастический сюжет отличает его от более многочисленных изображений современной городской жизни. В этот период государственная цензура была относительно мягкой под влиянием верховного камергера Танаумы Окицугу, чья политика поощряла роскошные демонстрации и удовольствия, создавая благоприятные условия для производства утончённых, а иногда и эротических образов.

Изобретение Харунобу техники нишики-э фундаментально преобразило японскую гравюру, и такие работы, как эта гравюра 1766 года, демонстрируют немедленное применение его технических прорывов к образным сюжетам. При его жизни и вскоре после смерти в 1770 году его широко подражали; художники, такие как Харушиге, даже подделывали его работы, а его ученик Исода Корюсай продолжил развивать аспекты его стиля, прежде чем создать более мощную эстетику в крупном формате обан. Репутация Харунобу как мастера укиё-э в последние годы его жизни была в конечном итоге затмлена такими художниками, как Кацукава Сюнсё и Тории Киёнага, но его вклад в медиум оказался постоянным. Полноцветная техника, которую он внедрил, стала стандартом для укиё-э, а его акцент на поэтической атмосфере и утончённой женской красоте установил конвенции, повлиявшие на поколения гравёров. Его работы неизменно пользовались высоким признанием и ценой, высоко ценись с момента создания состоятельными коллекционерами, а позже музеями по всему миру. Хранение этой гравюры в Метрополитен-музее отражает устойчивое институциональное признание его достижений как художника и технического новатора, который, как отметил один учёный, по сути помог создать жанр полноцветного укиё-э.