Султан Мехмед II

Портрет султана Мехмеда II был заказан османским правителем в ходе его дипломатических усилий по установлению связей с Венецией в 1479 году, что отражает стремление укрепить отношения между Османской империей и Венецианской республикой после мирного договора 1479 года. Джентиле Беллини отправился в Константинополь, чтобы выполнить этот заказ, создав произведение во время своего пребывания там с сентября 1479 по январь 1481 года. Картина была написана на холсте и изначально выполнена маслом, хотя позже подверглась значительной реставрации XIX века, изменившей её поверхность. На ней есть надписи, указывающие на дату создания (15 ноября 1480 года) и имя художника, однако они не являются оригинальными. Произведение оставалось в османской собственности до того, как в 1865 году было приобретено британским археологом Остеном Генри Лейардом у венецианского коллекционера, а затем попало в коллекцию Национальной галереи благодаря завещанию Лейарда в 1916 году. В настоящее время оно хранится в Музее Виктории и Альберта в Лондоне и было представлено на крупных выставках, включая «Джентиле Беллини и Восток» (2005-2006) и «Рессам Султан ве Портреси» (1999-2000). Картина принадлежит Национальной галерее в Лондоне и находится на долгосрочной аренде в Музее Виктории и Альберта (V&A), где экспонируется в зале 63 галереи Эдвина и Сьюзан Дэвис. Её официальный инвентарный номер в Национальной галерее, NG3099, полученный благодаря завещанию Лейарда в 1916 году. Произведение было первоначально приобретено в Венеции в 1865 году археологом Остеном Генри Лейардом до попадания в коллекцию музея. Портрет был представлен на нескольких крупных выставках, посвященных культурному обмену и творчеству художника. Он экспонировался в Стамбуле в период с 1999 по 2000 год, после чего последовала выставка «Джентиле Беллини и Восток», путешествовавшая в Бостон и Лондон с 2005 по 2006 год. Также он был показан на венецианской выставке 2007 года «Венеция и Ислам. 828-1797».

Этот портрет знаменует собой поворотный момент от фантастических западных изображений турок к натурализму, отражая дипломатические и торговые связи между Венецией и Османской империей. Заказанный Мехмедом II для укрепления мира после договора 1479 года, произведение демонстрирует стремление султана быть увиденным через призму итальянского портрета эпохи Возрождения. Однако атрибуция картины подверглась значительной научной критике из-за её плохого состояния: интенсивная перекраска и чрезмерная чистка в XIX веке затмили оригинальную кисть Беллини, что привело некоторых историков к выводу, что лишь небольшая часть видимой поверхности является подлинной. Несмотря на эти физические изменения и споры вокруг неоригинальных надписей, большинство критиков сохраняют атрибуцию Беллини, ссылаясь на её включение в такие крупные выставки, как «Джентиле Беллини и Восток». Изображение впоследствии повлияло на османскую живопись, став композиционной моделью для более поздних художников, и остается культурным символом, олицетворяющим сложный художественный обмен между Востоком и Западом.

Портрет заложил устойчивый прецедент в османском искусстве, вдохновив последующие композиции, такие как приписываемые Шублизеде Ахмеду, которые заимствовали свою структуру из работы Беллини. Он признан первым случаем изображения османского правителя как западными, так и восточными художниками, что стало поворотным моментом в межкультурной репрезентации. Образ получил значительное литературное признание в XIX и XX веках: Марсель Пруст ссылался на эту картину в «В поисках утраченного времени», чтобы описать лицо персонажа и проиллюстрировать эстетические предпочтения другого. Несмотря на обширную перекраску и реставрацию XIX века, затмившие оригинальную живопись, произведение остается прославленным символом дипломатического и художественного обмена между Венецией и Османской империей. Его репутация была окончательно утверждена благодаря крупным выставкам в Стамбуле, Бостоне, Лондоне и Венеции в конце XX и начале XXI веков.